Кавказское Дивеево

Троицкий женский монастырь в горах Кабарды в народе называют Кавказским Дивеевым, возможно, потому, что женская община, образованная при Троицком храме в 1907 году, избрала своим покровителем преподобного Серафима, прославление которого состоялось за несколько лет до этого и было живо в памяти народа. Монастырь удивителен своей историей, архитектурным обликом, судьбами людей, с ним связанных. Его основала русская дворянка Екатерина Алексеевна Хомякова – дочь поэта, философа, богослова, историка Алексея Степановича Хомякова.

Слова отца: «Не строй десять университетов, создай одну обитель!» стали для дочери своеобразным заветом, может быть, не вполне осознанным в начале ее жизненного пути. Но воспитанная в духе любви и сострадания своему народу, на основах главенства духовных ценностей, она воплотила этот завет в дальнейшем.

Хомяковы часто бывали на Кавказе, с которым их связывали и дружеские, и родственные отношения. В семье воспитывался кабардинский мальчик Лукман (в крещении Дмитрий) Кадзоков, о котором заботились как о родном сыне. Хомяковы дали Лукману прекрасное образование: он стал первым кабардинцем, окончившим университет.

У родной сестры Екатерины – Софьи в Кисловодске была дача, где собирались многочисленные родственники, общество интересных, образованных людей, представителей разных народов. Взаимоотношения разных культур становились понятнее и ближе.

В то время на Кавказ приезжало немало переселенцев из дальних губерний России: их привлекали природа, климат и плодородные земли юга. Но не всем удавалось устроиться, часто люди теряли и то, что было нажито.

Специально для переселенцев в 1881 году Екатерина Хомякова приобретает участок земли неподалеку от Пятигорска на реке Золке и основывает хутор, населенный русскими крестьянами. Управлять хозяйством Екатерина Алексеевна приглашает местного жителя, кабардинца Астемира Шериева, сына старейшины аула Кармово. Несмотря на разницу происхождения, традиций и образа жизни их связывала глубокая дружба, уважение и взаимоподдержка.

После кончины Астемира Екатерина заботится о его вдове, близких. Исполняя предсмертное желание Астемира, она жертвует большую сумму денег на строительство мечети в его родном селении Кармово, приглашает известного архитектора Исмеля Алибекова. Воспитывавшаяся у вдовы Астемира – Селимхан Шериевой юная родственница Мазаго Шериева долго вспоминала помогавшую им Екатерину Алексеевну, рассказывая всем, что она: «гяур с крестом на шее и истинная мусульманка в душе».

В 1895 году Хомякова на личные средства начала строительство храма в честь Святой Троицы, по проекту академика С.У. Соловьева. Образцом послужил древний грузинский храм XII века в Гелати. Храм был облицован белым камнем и украшен резьбой с монограммами Христа. Маленькой Мцхетой называли созданное заботами Екатерины Алексеевны чудо – уменьшенную копию известного собора древней грузинской столицы. Линии его архитектуры так органично вписываются в пейзаж предгорий Большого Кавказа…

В 1902 году Свято-Троицкий храм был освящен. Колокола для него были отлиты в Москве на знаменитом колокололитейном заводе П.Н. Финляндского. Все иконы были выполнены в византийском стиле иконописцем и реставратором В.П. Гурьяновым. К сожалению, за прошедшее столетие росписи храма погибли полностью. Замечательный мраморный резной иконостас сохранился только фрагментами.

В 1904 году по прошению Хомяковой при Свято-Троицком храме была создана женская православная община с приютом для детей-сирот, школой и больницей для местного населения. Рядом был устроен чудесный сад: яблони, каштаны, березы, грецкий орех. Многие деревья плодоносят до сих пор. Источник в нижней части сада считали целебным. У кабардинцев вся местность называется Псынадаха, что значит «красивая вода».

В 1907 году женская община на хуторе Хомяковском была утверждена как Свято-Троицкая Серафимовская в честь преподобного Серафима Саровского. К осени 1910 года община превратилась в благоустроенную обитель с различными мастерскими. Старшей сестрой стала инокиня Ольга (Арнольд), воспитанница Санкт-Петербургского института благородных девиц. В 1911 году в мастерских обучалось 16 девушек. В годы Первой мировой войны приют при общине был расширен до 150 воспитанниц, за счет приема детей погибших воинов.

В конце 1920-х монастырь закрыли, община была преобразована в трудовую коммуну. Судьба основательницы монастыря Екатерины Хомяковой неизвестна с 1915 года. На территории хутора был организован совхоз, который посещал Н.С. Хрущев. Он потребовал уничтожить обветшавший храм, который использовали как склад. Но с Божьей помощью храм дожил до наших дней.

…В 1995 году по благословлению митрополита Ставропольского и Владикавказского Гедеона началось восстановление Троицкой обители. Настоятельницей была назначена монахиня Антония (Бобылева).

В 1998 году автору этих строк удалось побывать в восстанавливающемся Троицком монастыре и побеседовать с матушкой Антонией. Вспоминается туманный декабрьский день, рядом во дворе обители сложены стройматериалы: доски, камни, неподалеку небольшой костер, вокруг которого пьют чай и греются рабочие.

Рядом с Троицким храмом находится небольшой двухэтажный домик, в котором живут три монахини: матушка Антония, матушка Вера и матушка Надежда. Пока храм восстанавливается и служб в нем нет, правило они совершают в святом уголке, вычитывая, как полагается, весь суточный круг богослужений. Матушка Антония – вдова священника. Простота и приветливость ее располагают настолько, что маленькая комната с цветными занавесками, круглым столом, буржуйкой у окна, начинает казаться родным домом, где все принимают тебя как близкого человека.

– Десять лет назад у меня умер муж, и восемь, как я приняла монашество. Хотела быть в тайном постриге. В нашем роду все мужчины были в сане: священники, диаконы, а моя тетя еще молодой девушкой была принята в один из Киевских монастырей, две другие тети тоже были монахинями, жили во Владикавказе. Несколько лет назад собиралась в монастырь. Но где ни бывала – душа не лежала. И все думала: хоть бы у нас на Северном Кавказе открыли обитель…

Об этом месте ничего не знала, и, когда приехала, сразу мне понравился храм. Вспомнилась Грузия, Тбилиси, где мне приходилось часто бывать.

Однажды вечером к нам неожиданно приехали благочинный отец Иоанн Остапчук, отец Александр (Ищеин) – нынешний архиепископ Бакинский и Азербайджанский, и они стали меня убеждать возглавить общину зарождающегося женского монастыря. Было неловко: да кто я такая? Нужно молодых, ученых выдвигать, а я просто пойду на послушание, буду мыть, полоть и делать все, что потребуется. Когда пришел указ, всю ночь не спала, утром поехала к сыну – отцу Валентину и говорю ему: «Едем к владыке!» Доехали до Новопавловска, и вдруг пошел снег. Словно стена. Залепило стекло в машине. Хотели возвращаться, но я настояла. Проехали еще немного – сломался аккумулятор, машина сама остановилась. Позвонили владыке по телефону, он упокоил, сказал, что все будет хорошо.

В мае приехала сюда. Здесь все запущено, кругом бурьян, ночевать негде. Потом выкупили, отремонтировали несколько квартир. Теперь я здесь как дома. Я всегда мечтала, чтобы дом мой был рядом с храмом. Большинство местных жителей – очень хорошие люди. У них огороды располагаются недалеко от нас. Несут два ведра картошки – одно отдают нам. Благодарим, отказываемся, ведь детей у них помногу. А всё же делятся.

Недалеко от храма есть источник, вода в нем необыкновенно вкусная, местные жители часто ходят к нему за водой. Источник этот, как они рассказывают, еще при Екатерине Алексеевне был, основательнице храма.

Так и живем… Что говорить, монаху больше молчать нужно, глаза – вниз, послушание, смирение, терпение должно быть. Время теперь нелегкое, но уныния, слава Богу, пока не было.

 

Спустя несколько лет храм был восстановлен и освящен. Вокруг монастыря стали собираться не только монашествующие, но и община неравнодушных к этому святому месту людей. Завели свое маленькое хозяйство, огород. Необычная для этих мест архитектура храма, живописная местность и, конечно, радушие матушки Антонии стали привлекать паломников. В 2011 году епископом Пятигорским и Черкесским Феофилактом в монастырь на хранение была принесена частица пояса Пресвятой Богородицы.

 

Особенно много гостей бывает здесь на Троицу – престольный праздник обители.

В 2018 году 28 ноября игумения Антония отошла ко Господу. На ее место была назначена монахиня Тамара (Ушакова).

 

– Я приехала из Георгиевского монастыря, который находится в Ессентуках, – рассказывает матушка Тамара. Поначалу было очень страшно без опыта, без подготовки… Но меня подержали наш владыка – архиепископ Пятигорский и Черкесский Феофилакт и игумения Свято-Георгиевского монастыря Варвара (Шурыгина).

Монастырь у нас совсем небольшой: две монахини и послушница, да еще из Георгиевского приезжают к нам на помощь каждую неделю несколько монахинь – сестринская поддержка.

Если бывает священник, служим Литургию, а в остальные дни вычитываем суточный круг мирским чином. Когда случилась проблема с коронавирусом, мы закрыли ворота монастыря, но именно в это время, как никогда ранее, почувствовали, как мы нужны людям: многие звонили, кто-то приезжал, чтобы просто помолиться у ворот.

А в остальном монастырь живет тихой уединенной жизнью. Здесь особая атмосфера, тишина и красота кавказской природы – все вокруг располагает к молитве. Хотелось бы, чтобы сестер прибавилось… Надеемся, что когда закончим реконструкцию нашего небольшого келейного корпуса, это случится.

 

Лариса Логвиненко

 

 

Монастырский вестник — синодальный отдел по монастырям и монашеству Русской Православной Церкви

 

Фото: пресс-служба Пятигорской епархии

 

Просмотров: (41)

Комментирование запрещено